Будущее мигрантов в Европе: спасти и интегрировать?

Лидеры стран Евросоюза на чрезвычайном саммите решили утроить средства, выделяемые на операцию по спасению нелегальных мигрантов в Средиземном море.

Обсуждалась и военная операция против контрабандистов, но решений по этому поводу принято не было. Кроме того, объявлено и о ряде других мер, главным образом для мигрантов, уже оказавшихся на территории Евросоюза.

В Великобритании тем временем обнародованы планы правительства по сокращению социальных пособий для мигрантов из стран ЕС. Вопросы миграции, как легальной, так и нелегальной, играют все более значительную роль во внутренней политике европейских стран.

Ведущий программы "Пятый этаж" Михаил Смотряев беседует с научной сотрудницей университета Глазго, социологом Оксаной Моргуновой.

Загрузить подкаст передачи "Пятый этаж" можно <link type="page"><caption> здесь</caption><url href="http://www.bbc.co.uk/russian/multimedia/2011/03/000000_podcast_5floor_gel.shtml" platform="highweb"/></link>.

Михаил Смотряев:

Связь установлена, приступим к обсуждению. Операция "Тритон", на которую теперь будут давать больше денег, плюс остальные меры, которые обсуждались на чрезвычайном саммите ЕС, - ничего принципиально нового предложено не было?

Оксана Моргунова: Главное, что этот вопрос встал. Я вчера летела из Брюсселя, одному пассажиру стало плохо. Задержали самолет, приехала скорая. И пока ему пытались помочь, в самолете никто слова не сказал. Но тут полторы тысячи (это неточная цифра) погибли в море, и все делали вид, что этого не происходит. Южная Европа стонала, потому что приехали тысячи людей, и были сложности разного гуманитарного свойства. И опять никто ничего не сказал. Здесь видно такое двуличие Западной Европы, и хорошо, что сейчас есть попытка принять какие-то меры, чтобы найти решение. Но быстро оптимальное решение практически найти нельзя никогда. Полезное в принятом решении – спасение жизни людей, слежение за этими кораблями, чтобы люди не погибли, правильная идея о том, что решать миграционные вопросы нужно на месте, в тех странах, откуда люди пытаются уехать. Здесь нельзя разделить тех, кто бежит от смерти, от тех, кто ищет лучшей доли.

М.С.

О.М. Я бы не мерила это в деньгах, а в доброй воле и организованности. Программа возвращения мигрантов на место дает примеры успешного применения, а есть фальсифицированный результат. Если удастся уменьшить бюрократизм и увеличить знания о ситуации, то у программ есть шансы.

М.С.

О.М. Да, в перспективе один-два года. За это время в стране ничего не изменится. Если эти люди возвращаются, они попадают в гораздо более сложную ситуацию. Но, если вы обратили внимание, среди убегающих большинство - молодые крепкие мужчины, предприимчивые. Бегут не те, кому хуже всех, те остаются на месте.

М.С.

О.М. Сейчас север Африки - зона гуманитарной катастрофы. Мы говорим о принятии оперативных мер, а не о стратегическом решении на 5 лет. В этой конкретной ситуации программа возвращения мигрантов утопична. Но что ждет даже тех, кто уцелел при попытке пересечь море, и оказался в Южной Европе? Лагеря, где они будут жить в течение минимум года. Кто-то будет убегать, но это - лагерь. Дисциплина, отсутствие семьи, поддержки, волюнтаризм людей, которые должны заниматься мигрантами. Эти люди очень часто не знают языка, отношения их с мигрантами достаточно сложны. Это криминализирует такого рода миграцию. Об этой опасности мало говорится, но эти лагеря создают ситуацию, когда мигранты, прибывшие с добрыми намерениями, выходят оттуда с криминализированной сетью контактов. Пока на эту тему исследований нет, но это надо иметь в виду.

М.С. Кэмерон обнародовал очередной набор мер, которые обещает ввести, если останется у власти после выборов через 2 недели. Но по поводу нелегальных мигрантов следует решить базовую проблему. Как к ней подходить? Вы хотите, чтобы эти люди сюда не приезжали, и тогда можно говорить об операциях с участием флота, или вы хотите, чтобы приезжающие люди ассимилировались в странах ЕС в соответствии с принципом мультикультурности, который, по признанию высших чиновников ЕС, провалился.

О.М. Нелегальная миграция – всегда отрицательная вещь. Мигрант никому не известен, его никто не ожидает, не приняты меры, чтобы он жил там цивилизованно. Сейчас идет речь о спасении жизней. Любые меры хороши, чтобы люди не гибли в море. А ограничение миграции в Европу - другой вопрос. Здесь существуют разные программы. Программа приема квалифицированных мигрантов, воссоединение семей, и так далее. Многих беспокоит количество людей, которые переселяются из одной страны в другую. Но кого мы считаем мигрантом? Сейчас мигрантами называют всех, кто не родился в той стране, где он живет. А это могут быть люди, которые живут 20-30 лет в этой стране, у них уже родилось поколение детей там. А мигранты они потому, что у них другой цвет кожи, то есть это скрытый расизм.

М.С.

О.М. Давайте посмотрим на две вещи, о которых вы говорили. Во-первых, те, кто не знает языка и не может найти работу, во-вторых, люди, которые приносят экзотические обычаи. Ну, вот, певица Мадонна - мигрант. Переехала в Британию, но никто не возражает. Почему? Человек сам себя обеспечивает, подразумевается, что знает британские обычаи (хотя, может быть, и нет). Или Мохаммед Али, например. Никто бы не считал его мигрантом, против которых выступают сегодня.

М.С.

О.М. Совершенно верно. То есть мы должны различать недовольство по социальным вопросам и по культурным вопросам. Проблема современной миграции в том, что этничность и бедность совпадают. А если они не совпадают, то тогда что же, собственно, не нравится? Если разобраться, то обычаи, или еда, или еще что-то – не проблема. Не нравится бедность.

М.С

О.М. Как вы, наверное, знаете, в этой жизни мы ценим только то, чего добиваемся сами. Поэтому предоставлять что-то таким образом - неправильно. Если говорить о людях, которые уже родились в Британии, но по-прежнему их воспринимают как мигрантов, то это потому, что они родились в приехавших бедных семьях. Эти люди приехали после войны, когда начался отток британцев в Австралию, США и т.п. Они честно прожили свою жизнь, работали, у них родились дети, и эти дети - британцы, у них нет другой родины. Но они попадают в категорию мигрантов. Вы обратили внимание, что в предвыборной гонке мигранты используются в разных контекстах. С одной стороны - сократить миграцию. С другой - граждане Британии, которые будут голосовать, и нужно бороться за их голоса. Это - один из механизмов интеграции. Отсутствие возможности принимать участие в гражданской жизни не давало людям интегрироваться, среди прочего. Теперь нет огромных трудовых коллективов, где раньше люди интегрировались - огромных заводов, профсоюзов.

М.С.

О.М. Не могу с вами не согласиться. И этот феномен существует во всех странах. Вчерашние мигранты, которые осели, натурализовались, выступают гораздо сильнее против миграции. То есть существует некая обратная дискриминация.

М.С.

О.М. Нет, я считаю, что это настолько сложная проблема, что нельзя здесь выделить такой сухой остаток. Далеко не все, приезжающие сюда люди безграмотны и живут в отдаленных сельских районах. Даже среди тех, кто приезжает сюда как беженцы, огромный процент людей занимали нормальное социальное положение в своих странах, но были вынуждены уехать оттуда.

М.С.