Как я купил себе невесту

Я, волнуясь, сижу в своей машине в безлюдном переулке в Соуэто.

Рядом мой друг Мпхо. Чтобы снять напряжение, он рассказывает несмешные анекдоты.

Я вижу ряд домов. Каждый - со стальными воротами, изготовленными по индивидуальному проекту, и ярко окрашенными стенами. На аккуратных подъездных дорожках припаркованы "мерседесы" и "БМВ".

Сейчас почти всюду в Соуэто царит ощущение уютного пригорода. Трудно представить, что в 1970-1980-е здесь разворачивались битвы против апартеида.

Мой мобильник оживает. Текстовое сообщение от Бра Гугу. Это один из моих посредников.

"Готово", - говорит он.

Я испытываю облегчение - и приток адреналина.

Потом Гугу и его команда появляются в воротах. За ними - высокая, тонкая фигура Кутлвано, женщины, которую я только что купил. По местным обычаям, мы теперь муж и жена.

Африканский путь

Здесь, в ЮАР, это называется лобола, или бохали. Впрочем, давать приданое в виде скота за жену - эта традиция практикуется по всей Африке.

Два года назад, когда я познакомился с Кутлвано, я решил, что этой обычай архаичен и унизителен для женщины.

Теперь же я вижу, насколько он важен здесь, и как серьезно к нему относятся.

Поняв, что встретил женщину, на которой хочу жениться, я знал, что должен пойти африканским путем - и попытаться завоевать уважение семьи Кутлвано.

Бохали - процедура непростая. Это долгий, сложный процесс со многими правилами.

Моей первой обязанностью было написать письмо отцу Куты - о том, что моя семья хочет нанести визит.

Письмо должно было быть написано на языке сесото, причем моей матерью-англичанкой, которая не знает на этом языке ни слова.

Поначалу отец Куты не был готов к компромиссу по этому вопросу. Но потом согласился на то, чтобы моя мать отправила ему электронное сообщение - на английском.

Она проинформировала его, что намерена назначить нескольких южноафриканцев своими представителями.

Я обратился к другу, Бра Дану, который принадлежит к тому же племени, что и семья Куты. Он хороший телеоператор и умеет находить общий язык с другими. И я попросил другого оператора, Гугу, и еще двух коллег, Эзру и Конни - все они из разных племен.

Высокая цена

Что до Кутлвано, то она была счастлива, хотя и волновалась, что ее семья может попросить за нее слишком высокую цену.

Она образована, красива, и у нее нет детей. Все это повышает ее стоимость. А местные жители обычно полагают, что белые иностранцы - все богачи (ко мне это точно не относится).

Кутлвано поговорила со своей матерью - и нам дали понять, что беспокоиться не нужно. Цена будет честной и не основанной на моем гражданстве.

У меня дома, в английском городе Лестер, смешанные в расовом отношении пары - это норма. Здесь, в ЮАР, они по-прежнему очень редки.

Когда мы появляемся на публике, на нас нередко пялятся. Хотя большинство - просто из интереса.

Когда мы ходим по магазинам, молодые черные девушки подходят к Кутлвано и спрашивают шепотом, как бы им тоже познакомиться с белыми парнями.

Говорят, у нас здесь репутация верных мужчин и заботливых по отношению к тем, кого мы любим.

Вопрос расы до сих пор чрезвычайно сложен в ЮАР. Но я понял, что большинство людей очень открыты и приветливы.

Не пожалел ни об одной

И наконец, назначена дата наших переговоров.

У дома Кутлвано ее родственники нарочно держат мою команду в ожидании добрых полчаса. Традиционная тактика. Но в конце концов они все-таки заходят внутрь - без меня. Из рук в руки передаются бутылки виски, оговаривается стоимость коровы. Даже в современной городской Южной Африке корова остается главным предметом переговоров.

А потом начинается торг.

В ЮАР считается неприличным открыто говорить о том, сколько ты заплатил за жену. Можно просто сказать: она обошлась мне в целое стадо. И я не пожалел ни об одной корове.

Но это - не конец свадебной церемонии.

Через три месяца я снова на той же улице в Соуэто. На этот раз на мне традиционная шляпа "сото", похожая на абажур, а также почти белый льняной костюм и коричневые сандалеты. Не вполне мой стиль.

Я, неуклюже пританцовывая, иду по улице, а мой антураж поет песни сото и смеется над моей походкой.

Вся округа в сборе, все поют и приободряют меня своими криками.

Я дотанцовываю до дома Кутлвано, пропихиваюсь через стену людей, окружающих ее, оттаскиваю ее от ее семьи и подвожу к своей. Ритуал окончен.

Женщины взвывают, мужчины, улыбаются и потягивают мощный местный самогон. Весь пригород приветствует меня. И я вдруг понимаю, что я дома.